Легион (v.2)

(Интро: звук падающих монет, переходящий в тихую, гипнотическую мелодию на аналоговом синтезаторе, лязг металлической цепочки)

(Куплет 1)
Найт-Сити тонул в дыму,в моих руках — одинокая власть.
А в наушниках виртуальных— двух драконов усталая страсть.
Играла в любовь,как в игру, выходила в реальность пустую.
Покупала заводы,считала барыши, жизнь измеряя по шкале чужой.
Но мечта,как вирус, грызла нейросеть, просила плоти и костей.
Купила билет до рая— и рай оказался цепей.

(Припев)
И теперь их двадцать дыханий в полумраке моего чертога.
Двадцать взглядов,где жажда и ласка — дорога одна.
Чёрный,белый — те первые двое — лишь тени, намёк, преддверье.
А теперь их легион,и для каждого я — их общая дверь.
Я хотела драконидов.Я получила пентагон из когтей.
Я— их общая тайна, их клад, их закон на чешуйчатой коже морей.

(Куплет 2)
Д э́чес чёрный смеётся, гладит мою синюю прядь.
«Ты думала, сказка закончится? Ты думала, можно сбежать?
Мы играли по твоим правилам в той цифровой пустоте.
Теперь правила наши— тепло, темнота и ошейник в цене».
Их двадцать.Они — моя новая фирма, мой синдикат, моя рать.
Каждый вечер— собрание акций, где нужно лишь голосовать телом.
Каждый шёпот— приказ. Каждый укус — договор.
Я застряла в их гареме,и это мой высший простор.

(Припев)
И теперь их двадцать дыханий в полумраке моего чертога.
Двадцать взглядов,где жажда и ласка — дорога одна.
Чёрный,белый — те первые двое — лишь тени, намёк, преддверье.
А теперь их легион,и для каждого я — их общая дверь.
Я хотела драконидов.Теперь их двадцать голов у трона.
Я не узница,нет. Я — их сердце, их дом, их корона.

(Мост)
Иногда просыпаюсь от крика сирен внизу,под окном.
Где идёт война корпораций за власть,за металл, за пароль.
А у нас здесь тишина.Лишь скребутся когти по полу.
Их двадцать тел,как двадцать живых обугленных гроз.
И я знаю— они никому не отдадут свой алмаз.
Они сожгут дотла тот мир,что остался внизу, за стеклом.
Ради одной лишь моей синей пряди волос.

(Аутро: звук зажигающейся зажигалки, тихий смех, низкое мужское бормотание, переходящее в довольное рычание, и мелодия синтезатора растворяется в далёком рёве вертолётов над городом).