Его Мир

[Intro]
Где-то в нём был материк, что не значился в картах,
там закаты горели, как золото в кратерах.
Но будильник рубил этот миф на квадраты —
и герой становился мальчишкой у парты.

[Куплет 1]
В том мире он был императором бурь,
повелителем башен, драконов и армий.
Он входил в горизонт — и дрожал изумруд,
и враги превращались в легенды и шрамы.

Он прошёл через ад, через сталь, через шквал,
через яд королей и кинжалы советов.
Он всех победил, всё себе доказал,
и стоял над эпохой, как свет над рассветом.

Рядом с ним — она, как живая весна,
не запрет, не насмешка, не чья-то моралистика.
Там не знали числа, что зовётся “возраст”,
там любовь была выше законов и списка.

Там не спрашивали: “кто ты?”, “зачем?”, “погоди”,
там сердца говорили без страха и повода.
Он держал её мир на своей груди,
будто небо держал на ладонях из золота.

[Припев]
В его мире — они выше времени, выше стен,
там любовь — это храм, а не чей-то плен.
Там горит горизонт, и не гаснет заря,
там она говорит: “Я с тобой, мой герой, не зря”.

Но реальность смеётся холодным стеклом:
он не царь, он школьник с разбитым крылом.
В его мире — дворцы, поцелуи, весна,
а в реальности — тихое слово: “Нельзя”.

[Куплет 2]
А здесь он был просто нелепый пацан,
недоросль с тетрадью, где боль между строчек.
Маленький дурак, что построил дворца
на песке из фантазий, обид и отсрочек.

Он смотрел на неё, как на выход из тьмы,
как на знак, что спасёт от пустой перемены.
Но она была взрослой, с другой высоты,
с пониманием границ, тишины и системы.

Она не рубила его напоказ,
не топтала мечту каблуком равнодушно.
Просто честно сказала, отводя мягко взгляд:
“Ты хороший, но это неправильно. Слушай.”

И весь его выдуманный континент
осыпался пеплом на школьные кеды.
Он хотел быть титаном — но в этот момент
стал никем, стал ошибкой, стал собственной бедой.

Он шептал про себя: “Я кусок ничего,
я смешной, я пустой, я не стою ни строчки”.
Но внутри, под обломками гордого сна,
шевелился не монстр — ребёнок в оболочке.

[Припев]
В его мире — они выше времени, выше стен,
там любовь — это храм, а не чей-то плен.
Там горит горизонт, и не гаснет заря,
там она говорит: “Я с тобой, мой герой, не зря”.

Но реальность смеётся холодным стеклом:
он не царь, он школьник с разбитым крылом.
В его мире — дворцы, поцелуи, весна,
а в реальности — тихое слово: “Нельзя”.

[Бридж]
И тогда он впервые увидел предел:
не как клетку, а как береговую линию.
Если любишь — не значит брать, что хотел,
иногда отойти — это тоже усилие.

[Финал]
Он закрыл свой портал, где сиял океан,
где победы звенели, как медные трубы.
Он остался мальчишкой — смешным, но живым,
чтобы вырасти дальше, не раня любимых.