Февраль
Над площадями Волгограда
Опять метелицы кружат.
Двадцатилетние солдаты
Двадцатый год в земле лежат.
А на земле, воспетой в песнях,
Над волжской медленной водой,
Поднялся город – их ровесник, –
Великий, светлый, молодой.
Он потому велик и светел,
Что в час бессмертья своего
Они в огне, сквозь дым и пепел,
Таким увидели его.
М. Агашина
На Мамаевом кургане
Уже он в травах, по-степному колких,
уже над ними трудятся шмели,
уже его остывшие осколки
по всей земле туристы развезли.
И все идет по всем законам мира.
Но каждый год, едва сойдут снега,
из-под его земли выходит мина –
последний, дальний замысел врага.
Она лежит на высохшей тропинке,
молчит, и ждет, и думает свое.
И тонкие отважные травинки
на белый свет глядят из-под нее.
По ней снуют кузнечики и мушки,
на ней лежат сережки тополей,
и ржавчины железные веснушки
ее пытались сделать веселей.
Она жадна, тупа и узколоба.
И ей не стать добрее и земней.
ее нечеловеческая злоба
так много лет накапливалась в ней…
Добро и зло кипят, не остывая.
Со смертью жизнь сражается века.
И к мине прикасается живая,
от ненависти нежная рука.
Потом ударит гром над степью чистой –
и отзовется эхо с высоты.
И на кургане шумные туристы,
взглянув на небо, вытащат зонты.
Они пойдут по этой же тропинке
и даже не заметят возле ног
усталые дрожащие травинки
и след тяжелых кованых сапог.
Пускай себе идут спокойно мимо!
Пускай сияет солнце в синеве!
Ведь жизнь есть жизнь.
И все солдаты мира
и молоды,
и бродят по траве.
М. Агашина
Ах вы, ребята, ребята…
Вспыхнула алая зорька.
Травы склонились у ног.
Ах, как тревожно и горько
пахнет степной полынок!
Тихое время заката
в Волгу спустило крыло…
Ах вы, ребята, ребята!
Сколько вас здесь полегло!
Как вы все молоды были,
как вам пришлось воевать…
Вот, мы о вас не забыли –
как нам о вас забывать!
Вот мы берем, как когда-то,
горсть сталинградской земли.
Мы победили, ребята!
Мы до Берлина дошли!
…Снова вечерняя зорька
красит огнем тополя.
Снова тревожно и горько
пахнет родная земля.
Снова сурово и свято
юные бьются сердца…
Ах вы, ребята, ребята!
Нету у жизни конца.
М. Агашина
Солдату Сталинграда
Фатеху Ниязи
Четверть века назад
отгремели бои.
Отболели, отмаялись
раны твои.
Но далёкому мужеству
верность храня,
ты стоишь и молчишь
у святого огня.
Ты же выжил, солдат!
Хоть сто раз умирал.
Хоть друзей хоронил
и хоть насмерть стоял.
Почему же ты замер –
на сердце ладонь,
и в глазах, как в ручьях,
отразился огонь?
Говорят, что не плачет солдат:
он – солдат.
И что старые раны
к ненастью болят.
Но вчера было солнце!
И солнце с утра…
Что ж ты плачешь, солдат,
у святого костра?
Оттого, что на солнце
сверкает река.
Оттого, что над Волгой
летят облака.
Просто больно смотреть –
золотятся поля!
Просто горько белеют
чубы ковыля.
Посмотри же, солдат, –
это юность твоя –
У солдатской могилы
стоят сыновья!
Так о чём же ты думаешь,
старый солдат?
Или сердце горит?
Или раны болят?
М. Агашина
Мальчишкам Волгограда
В Волгограде, у Вечного огня, стоят в Вечном почётном карауле волгоградские мальчишки.
Горит на земле Волгограда
Вечный огонь солдатский –
Вечная слава тем,
Кем фашизм, покоривший Европу,
Был остановлен здесь.
В суровые годы битвы
Здесь насмерть стояли люди –
Товарищи и ровесники
Твоего отца.
Они здесь стояли насмерть!
И были средь них солдаты –
Мальчишки в серых шинелях
Со звёздами на ушанках,
Простые наши мальчишки –
Немного старше, чем ты.
К нам приезжают люди –
Жители всей планеты –
Мужеству их поклониться,
У их могил помолчать.
И пусть эти люди видят,
Как помним мы сталинградцев!
И пусть эти люди знают:
Вечный огонь Сталинграда
Не может померкнуть, пока
Живёт на земле волгоградской
Хотя бы один мальчишка!
Запомни эти мгновенья!
И если ты встретишь в жизни
Трудную минуту,
Увидишь друга в беде
Или врага на пути –
Вспомни, что ты не просто мальчик,
Ты волгоградский мальчишка,
Сын солдата,
Сын Сталинграда,
Капля его Бессмертия,
Искра его Огня.
М. Агашина
Стихи о моём солдате
Когда, чеканный шаг ровняя,
Идут солдаты на парад,
Я замираю – вспоминаю,
Что был на свете мой солдат.
...Война. И враг под Сталинградом.
И нету писем от отца.
А я стою себе с солдатом
У заснежённого крыльца.
Ни о любви, ни о разлуке
Не говорю я ничего.
И только молча грею руки
В трёхпалых варежках его.
Потом прощаюсь целый вечер
И возвращаюсь к дому вновь.
И первый снег летит навстречу,
Совсем как первая любовь.
Какой он был? Он был весёлый.
В последний год перед войной
Он только-только кончил школу
И только встретился со мной.
Он был весёлый, тёмно-русый,
Над чубом – красная звезда.
Он в бой пошёл под Старой Руссой
И не вернётся никогда.
Но всё равно – по переулкам
И возле дома моего
Идут солдаты шагом гулким
И все похожи на него.
Комментарии 1
Загрузка комментариев…
Пока нет комментариев.