Новый Покровск( после Чернобыля) (v.2)

Аааааааааааааааааааааааааааааа
Аааааааааааааааааааааааааааааааа
Аааааааааааааааааааааааааааааааа
Оооооооооооооооооооооооооооооо
Ооооооооооооооооооооооооооооооо
Ооооооооооооооооооооооооооооооо

Ещё вчера светило солнце ясно,
И в мире было всё вокруг прекрасно.
В апреле жарком распускался сад,
И каждый житель был весне так рад.

Но свод небесный запылал огнём,
И мир сломался этим страшным днём.
И ветер нёс по полю сильный страх,
Оставив только пустоту и прах.

Деревня Новый Покровск умерла,
Её накрыла радиация и  мгла.
От Хойник близко этот край лежит,
Но время там как будто не бежит.

Там аист вьёт гнездо на крыше вновь,
Но не живёт в пустых домах любовь.
И речка Припять в тишине течёт,
Никто здесь больше годы не сочтёт.

Всё просыпается, звенит, журчит,
Но край родной в безмолвии молчит.
Сменилась декорация весны,
Теперь здесь снятся лишь пустые сны.

Сны, сны, сны


Бабушка Оля помнила те края.
«Там её Родина осталась навсегда»,
«Здесь быть нельзя, пойми меня, родная!» —
Ей пограничник тихо говорил.
Она стояла, слёзы утирая,
Смотря туда, где дух её парит. 

И аист прилетел — гнездо на крыше
 Свил по привычке, веря в тёплый год,
Он   клекотал о том, что: «Люди, я вас слышу»,
Но люди молча покидали дом. 

Дом, дом,дом

Ещё вчера светило солнце ярко,
И мир сиял, и все цветы цвели.
В апреле том казалось очень жарко,
Дул свежий ветер по лицу земли.

Земли, земли, земли

Но в этот год весна была тревожной,
Небесный свод пылал большим огнём.
И ветер нёс по полю дрожью, дрожью  
Весть о беде, что постучалась в дом.

Была деревня Новый Покровск,
Недалеко от Хойник, у реки.
Теперь там нет ни радости, ни света,
Лишь пустота и горе от тоски.

Тоски, тоски, тоски…

А в небо ветер гонит пыль и яд,
И чёрный гриб над этим всем повис.
Деревни словно призраки стоят,
И птицы с криком улетают вниз.

Вниз, вниз, вниз …

Там аист свил гнездо на старой крыше,
А речка Припять стала вдруг пустой.
И голосов никто уже не слышит,
Деревня стала мёртвой сиротой.

Сиротой, сиротой, сиротой…

И нынче — тишина до онемения,
И стёкол нет, лишь рамы без стекла,
И кошка, что прижилась у строений,
Пугается любого шороха она. 

Когда‑то здесь тянулась к свету  
Простая жизнь — как тонкий  дым,  
И  каждый след  виднелся  на дороге метко,  
И  каждый голос делал вечер молодым.  
 
Деревня Новый Покровск  сумраком объята,
Но где‑то в проводах ещё дрожит её мотив,  
Как нота, не нашедшая аккорда, но упорно  
Живущая в груди того, кто здесь, когда‑то жил.
 
Жил,жил,жил…