Беляш (v.3)

Над землёю, над листвой,
Над осеннею рекой.
Ветер с севера летит,
Тучи снежные кружит.
Инеем зимы седой несёт покров,
Знает каждый здесь деревьев ров.
Далеко гуляет дым...
Там, где лес заснул неодолим.
Под лесами, под раскидистыми елями
К небу вьётся дым сизый — их знамя.
А в избе от края и до края
Пахнет хлебом, солодом и раем.
Там живут мужики — только трое,
У зимовья на волжском покое.
Там живут мужики — только трое,
Много зим подряд, столько зим.
Лёд сковал речную гладь,
Скоро нечего считать.
Только стук горлатых кружек о дубовый стол —
Одинокий в ночи их весёлый боль.
Говорят о былом, о глухой пурге,
Запотело стекло на круге.
И летит их речь, то светла, то горька,
Словно в жилах играет горилка.
Далеко, где тишина...
От чужого, суетного дна.
Под лесами, под раскидистыми елями
К небу вьётся дым сизый — их знамя.
Горькой правды — по гранёному стакану,
А по песням — по второму грамману.
Там живут мужики — только трое,
У зимовья на волжском покое.
Там живут мужики — только трое,
Много зим подряд, столько зим.
И не спросит их никто, как зовут.
Пить да дым коромыслом пускать — их наука тут.
Волга-мать — их стены и порог,
Замело все дороги.
И горит в глазах не только ночной огонь,
Но и вечная, хмельная влага из веков.
Трое. Зима. Тишина.
Пустая бутыль да луна.
Дым сизый... вьётся... в небеса...
И больше ничего не надо.
Только чтоб не кончалась брага,
Много лет...