Где-то тикают часы… (v.2)

Где-то тикают часы… А здесь только мы.
Тень на стене, тает воск свечи. Тишину рвёт только шепот: «Не молчи». Она — картина, что сама себя пишет. В slow mo падает барьер, что выше крыши. Я застыл в кадре, я просто наблюдатель. Этот танец — правды беспощадной искатель. Не чувствую лица, лишь пульс в висках стучит. Мир сжался до точки, где она парит.
 Она голая танцует, я в режиме slow mo! И не чувствую лица, но мы с ней будто в кино. В каждом жесте — исповедь, в каждом взгляде — дно. Она голая танцует… Всё понятно давно.
Она голая танцует, я в режиме slow mo! И не чувствую лица, но мы с ней будто в кино. Открывает рот, закрываю счёт. Давай, обмани меня, что не хочешь ещё!
Кожа — шёлк под светом голым, холодящим. Это битва, или просто мы лечим? Раны прошлого танцем выжигаем дотла. Ты — мой грех, моя молитва, ты — моя боль. Замедляется время, чтобы мы смогли Разглядеть обломки той, что были «мы». Я ловлю её взгляд — он пуст и глубок. Он прощает и губит одним лишь намёком.
 Она голая танцует, я в режиме slow mo! И не чувствую лица, но мы с ней будто в кино. В каждом жесте — исповедь, в каждом взгляде — дно. Она голая танцует… Всё понятно давно.
Она голая танцует, я в режиме slow mo! И не чувствую лица, но мы с ней будто в кино. Открывает рот, закрываю счёт. Давай, обмани меня, что не хочешь ещё!
 Зачем слова? Мы их давно растеряли. Остался только танец на краю печали. И в этой наготе — не тело, а душа. Которая, крича, в беззвучии глушится. Свобода или плен? Не надо давать ответ. Пока длится этот миг, другого мира нет.
 Она голая танцует, я в режиме slow mo! И не чувствую лица, но мы с ней будто в кино! В каждом жесте — исповедь! В каждом взгляде — дно! Она голая танцует… Всё кончено давно!
Она голая танцует, я в режиме slow mo! И не чувствую лица, но мы с ней будто в кино! Открывает рот… Я закрываю счёт… Давай, обмани меня… что не хочешь… ещё…
Тик-так… тик-так… Просто кино. Slow mo.